[R4433]
ИСКАЖЕНИЕ ПИСАНИЙ

“Невежды и нетвердые искажают... Писания к своему собственному уничтожению” (2 Петра 3: 16, ВоП).

Пример этого можно найти на страницах известного журнала, редактор которого когда-то был искренним сотрудником с нами в распространении Жатвенной Истины. Все еще соглашаясь с тем, что мы уже тридцать пять лет находимся в Жатве и что она скоро закончится, он сообщает своим читателям, что просит прощения у Бога за то, что на протяжении почти восемнадцати лет проповедовал то, что теперь считает серьезным заблуждением, а именно: что Церковь Христа имеет удел в страданиях своего Искупителя, удел с Ним в Его жертве в качестве членов Его Тела, дополняя то, что осталось от страданий Христа – страданий с Ним, чтобы также царствовать с Ним, становясь мертвыми с Ним, чтобы также иметь возможность жить с Ним на духовном, небесном уровне.

Этот редактор теперь называет все это тьмой и, очевидно, думает, что только в конце жатвы он чиркнул спичкой и зажег новый светильник, который показывает, что путь, которым он раньше шел, был ложным, а свет, который раньше озарял его путь, был от противника. Он еще не отказался от всех прекрасных Жатвенных Истин, но мы можем обоснованно ожидать, что с этим отказом от основы всех духовных надежд он вскоре придет к выводу, что все, что он видел при выходе из Вавилона, было обманом, и что он полностью вернется во “внешнюю тьму” Вавилона. “Итак, если свет, который в тебе, тьма, то какова же тьма?”, – сказал наш Учитель.

Упомянутый редактор по каким-то неизвестным нам причинам стал недовольным по отношению к нам лично. Отчуждение или горечь духа, вероятно, привели к желанию цепляться к нам. А поскольку мы лично заняты в служении Истине, то личная неприязнь, не найдя другого пути, вылилась в нападки на истины, которые мы представляем. Насколько сильно противник причастен к искажению и искривлению суждений, мы не знаем. Насколько другие могут быть ответственными из-за чрезмерного поощрения или злых внушений, мы не знаем, но [R4434] мы верим, что Господь не позволит никакому внешнему влиянию отлучить от Себя и Своей Истины тех, чьи сердца преданы Ему.

Этот случай не тождественен тому, о чем сказал наш Господь: “Не запрещайте ему, ибо никто, сотворивший чудо именем Моим, не может вскоре злословить Меня. Ибо кто не против вас, тот за вас” (Мар. 9: 39, 40). Это случай прямой оппозиции – прямых нападок на Жатвенный Труд, которому он служил годами, прямых нападок на саму доктрину, которая, наряду с Выкупом, лежит в основе наших надежд. Этот бывший брат теперь пытается сорвать Жатвенный труд насколько это возможно. Он хотел бы, чтобы Господний народ везде следовал за ним во внешнюю тьму под обманчивым лозунгом: “Мы все были ослеплены и введены в заблуждение «Сторожевой Башней»; но теперь – Эврика! Я, к счастью, нашел истинный свет, который Господь стремился нам дать раньше в Жатве, но смог донести до нас лишь теперь, под самый конец”.

Однако, дорогие читатели, мы не должны бояться никаких препятствий Господнему делу с этой или любой другой стороны. Если это – Жатвенное послание и его служение – от Бога, то его нельзя свергнуть. Если же оно не от Бога, то мы были бы рады, если бы оно было свергнуто, чтобы мы и другие могли освободиться от неправды. О, как бы противник хотел убедить нас, что наш присутствующий Господь подал нам отравленную пищу, и что мы должны немедленно покинуть Его стол и пойти в другое место, чтобы утолить свой голод и жажду праведности и Истины. Эти и другие усилия будут успешными лишь в том, что отсеют не достойных этой Истины. Оставшиеся станут сильнее, чем когда-либо прежде, благодаря более глубокому изучению темы Заветов, Жертв за грех и т. п.

ЧАША ПРИОБЩЕНИЯ

Двадцать девять лет тому назад мы опубликовали некоторые черты Настоящей Истины относительно Второго Пришествия нашего Господа, времени Жатвы, Тысячелетнего Века, Времен Реституции. До этого мы находились в определенной степени в замешательстве, во тьме относительно небесных и земных обетований. Мы видели, что Церковь имеет обетование небесной, духовной природы и славы. Мы также видели, что обетования миру были, очевидно, земного характера – что люди построят дома и заселят их, посадят виноградники и будут есть их плоды и т. д. Мы не до конца осознавали причину такой разницы природ и были склонны удивляться, почему мы не находим в Писании ничего, что указывало бы на то, что в конце Тысячелетия миру будет дарована небесная природа.

Примерно в то время, в 1880 году, Господь обратил наше внимание на другие черты Своего плана, которые мы раньше не видели и, насколько нам известно, не видел никто другой со времен апостолов. Мы поняли, что этот дополнительный свет был светом Жатвы для созревания пшеницы и отнюдь не свидетельствовал о большей мудрости или способности к толкованию Библии с нашей стороны. Пришло надлежащее время, а с ним и понимание. Учитель, Который уже служил нам, извлек из сокровищницы “новое и старое” относительно Заветов и жертв Примирения. Мы были поражены длиной и шириной, высотой и глубиной Божественного Плана и изложили их в брошюре под названием “Тени Палатки Лучших Жертв”.

Именно через эти благословения “Теней Палатки” Господь показал нам, как и почему Церковь этого Евангельского века призвана к небесной славе, тогда как Божественная цель относительно человечества в целом – восстановление к человеческому совершенству й вечной жизни для всех желающих и послушных, что будет даровано верным в конце Тысячелетнего века, когда они достигнут человеческого совершенства, а “восстановленный рай” распространится на всю землю.

Тогда мы впервые поняли значение слов апостола о “тайне сокрытой”, а именно: о тесной, близкой связи между Христом и Его верными последователями, “более чем победителями” (Diaglott). Именно тогда мы поняли слова апостола: “Бог... поставил Его [Христа] выше всего, Главою Церкви”, и “мы – члены Тела Его”. “Тайна сия велика; я говорю по отношению ко Христу и к Церкви”. О, да, это действительно скрытая тайна – что Церковь полностью отделена от мира и ей предложена большая награда славы, чести и бессмертия, Божественная природа. Но мы также увидели, что эта награда была предложена на определенных условиях, связанных с жертвой, а не только на условии веры, хотя вера является основой всех наших надежд. Предлагаемый “высокий призыв” является оправданием от греха в качестве награды за веру, но он дополнительно содержит обетование для оправданных: если они будут страдать со Христом как Его члены, то также будут прославлены с Ним в Его Небесном Царстве, будут с Ним, будут сидеть на Его престоле и делить Его славу.

Теперь мы начали понимать, почему путь в этом Евангельском веке должен быть таким “узким”, таким тяжелым, в то время как путь к вечной жизни Господь в Тысячелетии обещал сделать широким, “большой дорогой”. О, да! С этой точки зрения все понятно, и слова апостола полны смысла для нас, когда мы читаем: “Итак умоляю вас, братия, милосердием Божиим, представьте тела ваши в жертву живую, святую, благоугодную Богу, [для] разумного служения вашего” (Рим. 12: 1). Теперь мы увидели два шага: первый, оправдание верой, и второй, вход в эту благодать “высокого призыва” через зачатие святым Духом. Св. Павел выразился так: “Итак, оправдавшись верою, мы имеем мир с Богом через Господа нашего Иисуса Христа, через Которого верою и получили мы доступ к той благодати, в которой стоим и хвалимся надеждою славы Божией”, которая должна явиться в нашем Господе и в нас, Его членах, в Его Царстве. Теперь мы знаем, почему св. Павел так стремился восполнить меру страданий Христа, и мы были вдохновлены последовать его примеру, дополняя часть скорбей Христа, которые Он оставил для нас. Теперь мы знаем, что имел в виду св. Павел, когда говорил: “Итак выйдем к Нему за стан, нося Его поругание” (Евр. 13: 13).

Из последнего текста мы поняли, что он имел в виду жертвы Дня Примирения, о которых упоминается в контексте, в котором он говорит, что тела тех животных, кровь которых осуществляла примирение за грех, сжигались вне стана. Образ показывает, что первой из этих жертв был телец, а второй – козел Господень (Лев. 16); что священник сначала закалывав тельца, предоставленного им самим, а затем козла, предоставленного обществом сынов Израиля. Мы довольно четко увидели, что телец представлял жертву нашего Господа и что единственной другой жертвой, сжигаемой за станом, был козел, и апостол, по-видимому, имел в виду нас, Церковь, членов Тела Христа.

Это было основой наших презентаций для Церкви в течение этих двадцати девяти лет. Мы считаем это единственным ключом ко всем замечательным соответствиям Божественного Слова, поскольку они, по Господней милости, теперь в нашем распоряжении. Мы не сомневаемся, что наш великий противник хотел бы отнять у нас этот ценный ключ к Божественному Плану, потому что только он объясняет “тайну” Евангельского века, какой является Церковь и ее особый призыв к привилегиям жертвы сейчас и привилегиям славы впоследствии. Апостол не ошибся.

Ничто из заслуги не принадлежит нам. От начала и до конца мы показывали, что заслуга принадлежит нашему дорогому Искупителю, Который, благодаря “плоти, приготовленной” для Него как жертве на смерть, смог стать оправданием доверяющим Ему. Наше оправдание пришло через веру в Его кровь, ведь вся заслуга является Его заслугой. Вдобавок наше зачатие святым Духом основывалось на нашем полном посвящении быть мертвыми вместе с Ним.

ВЕЩИ, ПОТЕРЯННЫЕ ИЗ ВИДУ

Упомянутый редактор говорит нам, что он больше не видит того, что наши страдания как членов Тела Христа являются частью Его скорбей. Все это, утверждает он теперь, было ошибкой. То, что мы должны царствовать с Ним, потому что страдаем вместе с Ним, он называет ошибкой. Возможно, когда-нибудь, если он скажет нам, мы будем рады узнать о какой-то другой причине, почему мы страдаем и с кем еще мы страдаем, чем мы жертвуем и для чего мы жертвуем, и какой полезной цели наша жертва когда-нибудь достигнет. Возможно, кто-то найдет какие-то способы применения этих стихов Писания, но мы уверены, что он не найдет никакого удовлетворительного для нашего ума толкования, кроме того, которое мы уже нашли и которое связано с “тайной”. Наши друзья в номинальных церквях веками искажали эти стихи Писания в каком-то туманном головокружении, не зная, как их разумно применять, и не понимая “тайны”, ведь надлежащего времени для ее раскрытия не было до Жатвы.

КРОВЬ ЗАВЕТА

Этот бывший сотрудник теперь нападает на нас и обвиняет, что мы совершили грех к смерти, когда применили эти стихи Писания именно так – утверждая, что мы страдаем с Ним, что мы участвуем в Его страданиях (Христа), а не в каких-то других страданиях. Если эта позиция верна, то мы находимся под осуждением Второй Смерти уже двадцать девять лет, а этот сотрудник – восемнадцать лет. Но эти годы были самыми благословенными в нашей жизни и, как мы предполагаем, также в его. И эта доктрина в течение этих лет была “ключом” к “Тайне Божьей”, которая привела больше христиан к полному и глубокому посвящению Господу, чем что-либо другое, когда-либо известное со дней апостола.

Безусловно, с позицией этого брата, как и с позицией всех других, когда-либо оставивших свет Настоящей Истины, связано много непоследовательности. Например, Священное Писание довольно четко дает понять, что совершивший грех к смерти не может вернуться [R4435] к покаянию, понимая, что он снова распял Господа и выставил Его на открытый позор (Евр. 6: 6). Если доктрина участия Церкви с нашим Искупителем в Его жертве в качестве Его “членов” – это то же самое, что “счесть за обыденное кровь завета” (ВоП), то как мог этот брат утверждать, что после восемнадцати лет такого заблуждения, заслуживая при этом Второй Смерти, он избежал такого осуждения и получил особое благословение от Бога и особую привилегию зажечь новый факел и призвать Господних овец в противоположном направлении?

Но давайте рассмотрим основание этого серьезного обвинения, которое названый редактор так красноречиво выдвигает, говоря: “Мы не знаем ни одного соображения, на основании которого мы могли бы перейти на их сторону. О, если бы мы имели десять тысяч труб, чтобы предостеречь тех, кто принимает это последнее из нынешних заблуждений. Это – испытание! Кто на стороне Господа?” Мы согласны с тем, что это – своеобразное испытание и что оно полностью покажет, кто на стороне Господа, кто разделяет Его чашу, разделяет Его страдания, потому что никто другой не разделит Его славы.

Обратите внимание на стихи Писания, которые, как уверяет нас этот новый носитель света, осуждают всех, кто верил, что они разделяют страдания Христа как условие, на котором они могут надеяться на будущее участие в Его славе. Читаем: “Ибо когда мы по собственной воле грешим после того, как получили знание истины, уже не остается жертвы быков и козлов за грехи, а остается некое страшное ожидание суда и ярость огня, который должен пожрать противников. Любой, кто отверг Моисеев закон, умирает без сострадания на основании показаний двух или трех свидетелей. Насколько худшего наказания, думаете вы, будет признан достойным тот, кто попрал Сына Божьего, и счел за обыденное кровь завета, которой был освящен, и оскорбил Духа благодати?” (Евр. 10: 26-29, ВоП).

Этот преподобный экзегет с ужасом поднимает руки и, указывая на это место Писания, а затем на нас и тридцать тысяч тех, кто верит так же, как мы, говорит, что он выбрался из этого состояния Второй Смерти и готов помочь выбраться всем нам, если мы последуем за ним и подпишемся на его журнал. Напротив, тот же фрагмент Писания, который он цитирует, говорит, что для класса, описанного в этих стихах, нет абсолютно никакой надежды, потому что “уже не остается жертвы... за грехи”. Они использовали свою долю в заслуге Христовой жертвы.

Апостол говорит об искажении, извращении Писаний, и можно легко догадаться, что нужно приложить немало усилий, чтобы, искажая и извращая этот стих Писания, пытаться заставить его служить целям этого редактора. Он делает основное ударение на словах “тот, кто... счел за обыденное кровь завета, которой был освящен”. Для достижения своей цели он исказил Писание таким образом: “...тот, кто... счел вещью, разделяемой многими, кровь завета, которой был освящен”. Делается попытка доказать, что все, претендующие на общность со Христом в Его смерти (на то, чтобы, по словам апостола, “быть мертвыми с Ним”, “креститься в Его смерть”, тем самым участвуя в крови Нового Завета, который Иисус запечатывает Своей собственной кровью и в котором Он приглашает нас быть партнерами и иметь удел), виновны, согласно этому обвинению, основанному на приведенном стихе Писания, в том, что они “попрали Сына Божьего, и сочли за обыденное кровь Завета, которой были освящены”.

Этот обличитель совсем заблудился. Апостол говорит, что мы были оправданы верой в кровь Иисуса, а здесь апостол говорит о тех, кто после оправдания кровью Иисуса перешел к освящению кровью Завета. Какая разница между оправданием и освящением, а также между кровью Иисуса, которая оправдывает, и кровью Нового Завета, которая освящает?

Мы отвечаем, что существует большая разница. Нашему вниманию представлены два отдельных действия. Нигде в Писаниях не сказано, что мы оправдываемся Новым или каким-либо другим Заветом, ни кровью Нового или какого-либо другого Завета. Мы оправданы верой – верой в кровь Иисуса, нашего Искупителя. Наше оправдание наступает, как только мы принимаем великий факт, что мы были грешниками, что Иисус отдал Свою жизнь ради нашего искупления, и верой принимаем свою долю в этом искуплении. Только оправданные таким образом верой в Его кровь приглашены стать Его учениками, Его последователями, участниками жертвы с Ним и Его сонаследниками в славе, членами великого Пророка, Священника, Царя, Судьи и Посредника, Который придет в силе с великой славой, как только последний член Его Тела будет усовершенствован через участие в страданиях Христа. Помните, что только оправданные призваны к этому “высокому призыву”, к этой великой привилегии участвовать в Завете Христа, Крови Нового Завета (Закона). Если это правда, то легко заметить, что апостол имеет в виду этот посвященный класс – “освященных кровью Завета”.

Подумайте о том, что наш Искупитель – “человек Иисус Христос” – отдал Свою жизнь, чтобы запечатать Новый Завет (Закона) с Израилем, а через Израиль – с миром. Он посвятил Свою земную жизнь и отдал ее на смерть для этого. Его бесчестие и смерть символически называются Его чашей, из которой Он пил. Он предлагает в Евангельском веке удел оправданным верующим, говоря, что если они будут пить эту чашу с Ним, если будут страдать с Ним, Он примет их как “членов Своего Тела”. Отец даст им зачатие святым Духом, и в соответствующее время они родятся из мертвых в “Его воскресении” как Его славное Тело и соучастники с Ним в деле раздачи благословений Нового Завета (Закона) Израилю и всему миру.

Все, принимающие Его предложение, считаются с Ним посланниками этого Завета, то есть слугами Завета – теми, кто отдал, посвятил, пожертвовал свою жизнь с целью установления этого Нового Завета (Закона), через который Христос (включая Церковь) как Семя Авраама благословит Израиль и все роды земли. Апостол говорит: “Который сделал нас способными быть служителями Нового Завета [Закона]” (Кас.), то есть умелыми слугами этого Завета. Часть нашей службы мы выполняем в настоящее время, служа нашему великому Главе и сочленам Его Тела, “назидая себя на святейшей вере нашей” (Иуд. 20). Но в более широком смысле слова мы становимся умелыми, способными слугами Нового Завета (Закона) благодаря нынешнему опыту, который используем для эффективной службы, когда Новый Завет (Закона) вступит в действие и будет введен Тысячелетний век.

Мы верим, что четко объяснили тот факт, что наше посвящение, наше освящение, принятие нами Господа, наше жертвование вместе с Ним и наше окончательное прославление с Ним связаны с большим Делом, которое Он взял на Себя, – посредничеством Нового Завета (Закона) между Богом и всем человечеством. Мы были призваны из человечества, из мира именно с этой целью – стать членами этого класса “тайны”, Тела Посредника. Следовательно, наше освящение было связано с “кровью Нового Завета [Закона]”. Если бы не было Нового Завета и нашего приглашения принять участие в посредничестве с нашим Искупителем, не было бы нынешнего призыва к славе, чести, бессмертию и сонаследованию в Царстве. Поэтому, когда апостол говорит о тех, кто “счел за обыденное кровь Завета”, мы должны понимать, что он имел в виду тех, кто оставляет Господа, отрекается от Его учений, отрекается от своего посвящения, с неуважением относится к этому особому призыву к сонаследованию. Апостол объясняет, что это происходит вследствие того, что они недостаточно осознают ценность этого посвящения, ценность этой “крови”, привилегию участвовать со Христом в Его жертве. Они считают утверждение “быть мертвыми с Ним” обыденной вещью. Они упускают из виду его истинную ценность. Они упускают из виду то, что в действительности обязались делать, когда посвятились на смерть. Они теряют из виду то, что означает принести свое тело в живую жертву. Изменив свое отношение к Господу, они больше не считают свой Завет быть мертвыми с Ним священным долгом, а скорее обыденной, обычной вещью.

ДОКАЗАТЕЛЬСТВО ИЗ ГРЕЧЕСКОГО ЯЗЫКА

Брат, непоследовательность аргументации которого мы критикуем, говорит нам, что его утверждение подтверждается греческим текстом: что греческое слово, которое в Евр. 10: 29 переведено как “обыденное”, koinos, на самом деле следует переводить как “вещь, разделяемую многими”. Он применяет это к нам и ко всем, кто видит эту вещь так, как мы, ведь мы говорим, что кровь Христа, чашу Христа, разделяет “Малое Стадо” учеников Христа, которые становятся мертвыми с Ним, страдают с Ним в этом Евангельском веке. Мы отвечаем, что брат недостаточно глубоко вник в смысл греческого слова. Греческое слово, которое бы соответствовало его видению, – это koinonia, что означает “партнерство”, или, буквально, “участие”, согласно определению Большого толкового словаря Стронга (Strong’s Unabridged Dictionary). Тот же словарь определяет koinos как “рядовой, оскверненный, нечистый”. Другими словами, хотя мысль об участии присутствует в обоих этих словах, одно из них содержит мысль о чем-то нечистом, тогда как другое – о чистом и безупречном партнерстве. Очевидно, что мысль здесь, которую мы приводим об участии со Христом в страданиях настоящего времени и Его грядущей славе, не касается чего-то “рядового, нечистого”, как koinos, а “партнерства, участия”, как это следует из другого греческого слова, koinonia. Таков наш ответ на обвинения и на неправильное толкование Священного Писания в его поддержку.

Но давайте посмотрим немного дальше в том же направлении и увидим, что же мы имеем на самом деле. Обратимся к 1 Кор. 10: 15-17 и послушаем апостола: “Я говорю [вам] как рассудительным; сами рассудите о том, что говорю. Чаша благословения, которую благословляем, не есть ли приобщение Крови Христовой? Хлеб, который [R4436] преломляем, не есть ли приобщение Тела Христова? Один хлеб, и мы многие одно Тело; ибо все причащаемся от одного хлеба”. Этот отрывок очень прост и понятен в английском переводе, и когда мы указываем на греческое слово, дважды переведенное как “приобщение” по отношению к крови и Телу Христа, то отрывок приобретает двойную силу. Греческое слово здесь – koinonia, и означает партнерство, буквально – участие.

Апостол говорит нам, что все члены Тела Христа имеют koinonia, участие в крови Христа, одной чаше, и в Теле Христа, одном хлебе, который теперь преломляется, чтобы через деятельность Нового Завета (Закона), запечатанного Его Кровью, Израиль и весь мир могли питаться хлебом жизни. Конечно, никого нельзя убедить вопреки его воле, но мы считаем, что весь Господний народ, просвещенный Его Духом, должен быть способен видеть, что апостол советует, одобряет, подтверждает то, что упомянутый редактор осуждает и, искажая греческий текст, пытается сделать основанием для своего собственного осуждения на Вторую Смерть, а также вашего и нашего.

ОСЛЕПЛЕНИЕ ПРОИЗВОЛОМ

Мы уже много лет указывали на то, что в ту ночь, когда нашего Господа предали, Он установил Воспоминание Своей смерти, заменив им иудейскую пасхальную вечерю и дав хлеб и чашу, представлявшие Его плоть и кровь, вместо пасхального агнца, говоря: – Так делайте всякий раз, когда делаете это в память обо Мне, – не в память об агнце, не в память об образе из Египта, но глядя дальше и понимая антитип. Он хотел, чтобы они воспринимали Его как агнца, а Церковь – как первенцев, спасенных во время ночи Евангельского века и готовых выйти утром Тысячелетия, представленных в Аароне, первосвященнике, его сыновьях, священниках, и колене Левия, их сослуживцах, а также, с другой стороны, образно представленных в Моисее, великом Законодателе и Посреднике. Написано: “Моисей сказал отцам: Господь Бог ваш воздвигнет вам из братьев ваших Пророка, как меня, слушайтесь Его во всем, что Он ни будет говорить вам; и будет, что всякая душа, которая не послушает Пророка того, истребится из народа” (Деян. 3: 22, 23).

Бог воздвиг Иисуса, чтобы Он был Главой большого антитипичного Посредника. В этом Евангельском веке Он воздвигает Церковь Первенцев как членов Своего Тела. Вскоре весь Посредник будет завершен, и тогда, в качестве великого Посредника Нового Завета (Закона), этот антитипичный Посредник запечатает упомянутый Завет Своей кровью, заслугой Своей жертвы, которую Он сейчас дает Церкви, Своему Телу, позволяя нам участвовать в Его страданиях, чтобы мы также могли разделить Его славу.

Этот удел в страданиях Христа символически представлен в Его “чаше”, названной кровью Нового Завета, Новой Воли. Своей смертью Господь отказался от Своих земных прав, чтобы запечатать этот Новый Завет, и, позволяя оправданным верующим присоединиться к Нему в Его страданиях, Он позволяет нам, членам Его Тела, участвовать в этом запечатывании Нового Завета (Закона).

Следовательно, когда Он передавал ученикам “чашу”, то не имел в виду, что питье этой чаши означало их оправдание. Они уже были оправданы. Он уже сказал им: “Вы уже очищены через слово, которое Я проповедал вам”. “Они не от мира, как и Я не от мира”. Передавая им “чашу” и говоря: “Пейте из нее все” (пейте из нее всё), Он имел в виду следующее: – Этим Я символически даю вам привилегию разделить Мои страдания, символически представленные в этой чаше. Я отдаю Свою жизнь, чтобы запечатать Новый Завет (Закона), давно обещанный Отцом, и если вы хотите быть членами Духовного Семени Авраама, то сейчас у вас есть такая возможность. Вы уже оправданы верой. Моя смерть сделает это действенным для вас, и вы будете окроплены от всякой порочной совести. Все это было приготовлением с намерением дать вам возможность разделить со Мной чашу бесчестия, смерти, скорби, жертвы. Если вы страдаете со Мной, если вы пьете из Моей чаши, вы будете сидеть со Мной на Моем престоле. Если же вы не пьете из Моей чаши, то не будете сидеть со Мной на Моем престоле.

Все верные члены Христа, которые сознательно потребляют этот хлеб, понимают, что он означает не только преломленное тело нашего Господа, но и преломленное тело Его Церкви, как объясняет св. Павел. Также “чаша” была как кровью, то есть жертвой, Христа, так и нашей кровью, жертвой, если мы принимаем ее по Его приглашению и потребляем вместе с Ним. Что же касается нашего аргумента о том, что мы должны разделить Господнюю чашу, то этот брат, очевидно, так хотел от нее избавиться, что договорился до того, что наш Господь не пил из нее. Давайте посмотрим, действительно ли Иисус пил из одной чаши, символизирующей одни страдания, или же давал Своим последователям другую чашу, символизирующую другой вид страданий. Так ли это? Что говорит Священное Писание? В частности, читаем: “Господь Иисус в ту ночь, в которую предан был, взял хлеб и, возблагодарив, преломил и сказал: примите, едите, сие есть тело Мое, за вас ломимое; сие творите в Мое воспоминание. Также и чашу после вечери, и сказал: сия чаша есть новый завет в Моей крови; сие творите, когда только будете пить, в Мое воспоминание” (1 Кор. 11: 23-25).

Записи в четырех Евангелиях оставляют вопрос питья чаши нашим Господом неопределенным, хотя они явно намекают на то, что Он сначала пил, а затем дал Своим ученикам. Но апостол Павел, как отмечалось выше, делает этот вопрос однозначным.

Кроме того, обратите внимание на слова нашего Господа к двум ученикам, которые захотели быть как можно ближе к Нему на Его престоле в Царстве. Он сказал: “Можете ли пить чашу, которую Я буду пить, или креститься крещением, которым Я крещусь?”. Когда они подтвердили свою готовность, Он заверил их, что позаботится о том, чтобы они имели такую возможность и, тем самым, получили место на Престоле, хотя не мог сказать им, насколько близко к Нему они будут, поскольку это дело Отца. Имеем ли мы сомнения относительно того, какую чашу имел Он в виду и какое крещение? Конечно, нет, потому что чаша Учителя была чашей страданий, бесчестия и смерти. Наша чаша должна быть такой же “чашей”, Его чашей, иначе мы не будем иметь никакого удела в славе Его Царства (Матф. 10: 38-40).

R4433 (1909 г.)