ЖЕРТВЕННАЯ ЛЮБОВЬ И ОБЯЗАТЕЛЬНАЯ ЛЮБОВЬ

“Возлюби Господа Бога твоего всем сердцем твоим и всею душею твоею и всем разумением твоим.. Возлюби ближнего твоего, как самого себя” (Матфея 22: 37-39).
“Сия есть заповедь Моя, да любите друг друга, как Я возлюбил вас. Нет больше той любви, как если кто положит душу свою за друзей своих” (Иоанна 15: 12, 13).
ЧЕРТЫ Мудрости, Справедливости, Любви и Силы в характере нашего Небесного Отца, нашего Творца, находятся в полном согласии и сочетаются. Эти черты в Нем дополняют друг друга и находятся в самой полной гармонии. Мы должны всячески пытаться привить эти черты нашему характеру. Когда мы употребляем такие термины к человечеству, то вынуждены признать, что оно владеет этими чертами характера в сравнительно малой степени. Мы применяем термины справедливость и любовь к качествам, которые во всем человечестве так или иначе несовершенны. Мы говорим о милосердии, о доброте. Эта черта, являясь определенным проявлением любви, выходит за пределы справедливости. Если мы задолжали кому-то доллар, то отдать этот доллар не является милосердием. Это обязанность, это справедливо. То есть мы должны избрать правильный путь, и ничто другое не будет правильным. Некоторые вещи обязательны. После обязанности следует милосердие, сочувствие, любовь. Какова наша обязанность перед ближним? Допустим, этот ближний попал в долги, и это угрожает его жизни. Что мы должны сделать для него? Должны ли мы отдать свою жизнь за его жизнь? А может принять на себя его обязательство? Это был бы поступок, достойный любви. Возможно, это было бы также справедливо, но это уже выходит за пределы простой справедливости, потому что справедливость требует сделать для нашего ближнего только то, что мы хотели бы, чтобы он сделал для нас, если бы мы поменялись местами. Золотое Правило показывает, что мы должны делать для своего ближнего. Если мы это сделали и хотим сделать что-то еще, то это выходит за пределы требований справедливости. Это – любовь, благосклонность.
Но мы должны заметить, что Закон Бога требует кроме справедливости еще и любви – наивысшей любви к Богу и любви к нашим ближним. Он требует милосердия, доброты. Обратим внимание на указания по этому поводу, данные Богом буквальному Израилю под Законом. Посмотрим, какими далеко идущими они были. “Если найдешь вола врага твоего, или осла его заблудившегося, приведи его к нему; если увидишь осла врага твоего упавшим под ношею своею, то не оставляй его; развьючь вместе с ним”. “Если голоден враг твой, накорми его хлебом; и если он жаждет, напой его водою: ибо, [делая сие], ты собираешь горящие угли на голову его, и Господь воздаст тебе” (Исх. 23: 4, 5; Прит. 25: 21, 22). Если любовь столь обширна и всеобъемлюща, как того требовал Божий Закон, и она обязывала буквальный Израиль, то насколько должен показывать эту благородную черту духовный Израиль и обладать ею!

СПРАВЕДЛИВОСТЬ ВЫНЕСЛА ЧЕЛОВЕКУ ПРИГОВОР

Наказание, которое Бог вынес нашему грешному роду, принесло человечеству плач, печаль и смерть. Вынесение приговора смерти вряд ли можно было назвать особенным проявлением любви. Скорее это было особенным проявление справедливости. Однако приговор смерти не содержал никакого нарушения принципа любви, так как находился в полном согласии с любовью. В положенное время Бог показал Свою любовь к человеку (даже в его падшем состоянии) через дар Своего наибольшего сокровища – Своего Единородного Сына. Но Он не был лишен Любви на протяжении всех четырех тысяч лет – до того как послал Своего Сына на землю. Его любовь оставалась совместимой с совершенством Его характера. Но это уже не была любовь единства с совершенным существом, а сочувственная любовь, сострадание.
Любовь не была обязана заботиться об искуплении падшего человека. Это был поступок исключительно благодати. И если искупление было из благодати, то оно не было из справедливости. Посылая Своего Сына стать искупителем человека Бог сделал шаг за пределы всего того, что могла требовать справедливость. В этом проявилась любовь Бога, сочувствие Бога, намного превзойдя все, что было Его обязанностью. Человек не мог настаивать на обязанности, потому что он потерял все свои права и стал виновным перед праведным Божьим Законом. Но Божье огромное милосердие, позаботившись об освобождении виновного человечества, показало славный и благодетельный характер Бога. Его любовь к нам проявилась в том, что Христос умер за нас, когда мы были грешными. Таким был план Иеговы. Следовательно, любовь может идти дальше чем справедливость, и даже дальше чем мера любви, которая требуется от совершенного характера.
Любовь Бога и Христа, показанная в великом плане Искупления, была жертвенной любовью. Приглашенные стать членами Тела Христа также должны иметь такую любовь. Это не только любовь, требуемая совершенным Законом Бога, обязывающим все Его разумные создания на любом уровне; она – нечто большее. Это – любовь, которая охотно отдает жизнь, купленную смертью Иисуса. Эта жизнь отдана как жертва вместе с Господом и Главой. Мы отдаем нашу жизнь в служении братьям, и эта жертва принята, потому что нам приписана заслуга Христа и мы становимся условно совершенными перед Богом. Апостол говорит: “И мы должны полагать души свои за братьев”. Братья не могут требовать этого от нас, ни мы от них, но мы сами должны это делать охотно, когда есть возможность (1 Иоан. 3: 16).

ИМЕТЬ УМ ХРИСТА

Как Христос искупил нас, отдав Свою жизнь как добровольную жертву, так и мы должны иметь такой же ум, нрав, волю. В этом заключается особенный Завет Церкви – Завет Жертвы (Пс. 49: 5). Такой Завет заключил наш Господь с Отцом, и мы должны следовать за Ним. Мир получит вечную жизнь, если достигнет критерия справедливости, требуемого Законом Бога. Что касается нас, мы должны иметь еще более возвышенный критерий.
Поэтому, говоря, что “Любовь есть исполнение закона”, апостол не ограничивает тех, кто ведом любовью исполнять волю Отца до самой смерти, к простому выполнению Закона, данного Израилю. Чтобы принадлежать к избранному классу, чтобы стать членом Царственного Священства, обещавшего по Завету отдавать свою жизнь в жертву, нужно что-то больше, чем простое исполнение требований Закона. Нужна любовь в значении самопожертвования. Поэтому, охотно выполняя волю нашего Отца для нас, мы окажемся достойными славы, чести и бессмертия – Божественной природы, обещанной классу победителей, которые “сверхпобеждают” (Одинц.).

R5643 (1915 г.)